Арбитражный суд Московского округа по делу о поставке высокоточного измерительного прибора фактически превратил известную поговорку в правовой принцип: в мотивировке решения суд прямо указал, что «первое слово дороже второго». Поводом стала ситуация, когда поставщик в досудебной переписке признаёт проблему и готов обсуждать ремонт и компенсацию, а в суде резко меняет позицию и заявляет, что товар качественный, а все недостатки — от неправильной эксплуатации.

Кратко о споре: поставка и «переобувание» позиции

Покупатель потребовал от поставщика вернуть уплаченную по договору поставки сумму, взыскать договорный штраф, убытки и проценты. Основание требований — недостатки измерительного прибора, выявленные на стороне конечного пользователя при приемке.

Поставщик ссылался на то, что прибор прошел калибровку в специализированной организации, на момент калибровки дефектов не было, а значит, покупатель не доказал, что недостатки возникли до передачи товара или по причинам, существовавшим до этого момента.

Как рассматривали дело суды

Первая инстанция Арбитражного суда города Москвы отказала в иске. Мотивация классическая: не доказана ответственность поставщика за недостатки товара, нет экспертизы в рамках дела, есть результат калибровки, подтверждающий надлежащее качество на определенный момент.

Девятый арбитражный апелляционный суд поддержал этот подход и оставил решение без изменения, сославшись на недоказанность причин возникновения дефектов до передачи товара.

Арбитражный суд Московского округа отменил оба судебных акта и направил дело на новое рассмотрение. Кассация прямо указала, что суды проигнорировали доводы о противоречивом поведении поставщика и не дали оценки его первоначальной готовности устранять недостатки и выплачивать компенсацию. Отсюда и формула «первое слово дороже второго», в контексте оценки переписки.

При новом рассмотрении Арбитражный суд города Москвы назначил судебную экспертизу, поставив перед экспертом вопросы о наличии дефектов, их причинах, существенности, устранимости и влиянии на работоспособность прибора, и приостановил производство до получения заключения.

Комментарий судебного юриста Андрея Сафонова:

«Суть претензии кассации к нижестоящим судам в том, что просто сослаться на недоказанность вины поставщика по статье 476 Гражданского кодекса Российской Федерации здесь уже недостаточно. Когда поставщик сначала по существу признает проблему, обсуждая варианты ремонта и компенсации, а затем радикально меняет позицию, суд обязан прямо ответить на вопрос, как такое изменение соотносится с принципом добросовестности и запретом извлекать выгоду из собственного противоречивого поведения.

Кроме того, покупатель заявил именно отказ от исполнения договора и возврат денежных средств, а не только устранение недостатков или соразмерное уменьшение цены. Это автоматически делает ключевым вопрос о том, являются ли недостатки существенными в смысле статьи 475 Гражданского кодекса.

Без экспертизы по сложному техническому прибору вывод о несущественности дефектов выглядит, по сути, предположением судьи, а не результатом оценки специальных знаний, что и не устроило кассационную инстанцию».

Практические выводы

1. Досудебная переписка = ваша будущая позиция в суде

   Для бизнеса и юристов досудебная переписка по вопросам качества товара должна вестись так же аккуратно, как и процессуальные документы уже на стадии судебного спора. Любое обещание отремонтировать, заменить или компенсировать товар/оборудование может потом быть интерпретировано как признание ответственности, от которого будет очень трудно уйти.

2. Фиксируйте процедуры в договоре поставки
   В договорах поставки и регламентах приемки имеет смысл детально описывать процедуру выявления дефектов, уведомления, участия поставщика в осмотре, чтобы затем меньше зависеть от эмоциональной переписки и больше опираться на заранее согласованный порядок действий.
3. Не бойтесь экспертизы — предлагайте её сами
   В технических спорах лучше самим предлагать экспертизу уже на первом круге рассмотрения, четко формулируя вопросы о наличии дефектов, их причинах и влиянии на функциональность. Это не только усиливает позицию по существу, но и снижает риск того, что дело вернут на новое рассмотрение из-за неполноты исследования доказательств.
4. Добросовестность перестала быть «теорией»
   И наконец, этот кейс наглядно показывает, что суды постепенно превращают принцип добросовестности и запрет противоречивого поведения из теоретической конструкции в реальный инструмент корректировки исхода спора, особенно там, где текст договора оставляет пространство для маневра.

Источник: Картотека Арбитражных дел;